/
КонтактыО проекте Блог
Galaktika

Вход | Регистрация


Запомнить меня
Забыли пароль?

 

  ПОИСК


 
 

 

Культура /  Революционеры /  Виталий Черников: "Фэнтези - это сказки для взрослых"  

Виталий Черников: "Фэнтези - это сказки для взрослых"

Виталий Черников - продюссер и главный редактор телевизионной продакшн-студии «Make Art», создатель уникальной методики игрового обучения. Когда-то руководил сетью подростковых клубов интеллектуальных игр, а также вел еженедельную авторскую игровую программу на радиостанции «Новый век». Писать научную фантастику Виталий начал ещё в 17 лет, а в этом году вышла первая книга из многотомного фэнтези-романа "Витражи".

Аня Лаврова: Как вы считаете, сейчас в русской литературе рассвет или закат? Как бы вы оценили нынешнее положение?
Виталий Черников: На мой взгляд, и не расцвет и не закат. В любое, самое тяжелое время, были гениальные писатели. Во время свирепейшей цензуры и страшного режима Алексей Толстой написал «ПетрI». Первая строчка: «Санька спрыгнул с печи». Фантастика. Хватает сразу же. Так что всегда творили и буду творить. Другое дело, что поскольку это связано с коммерцией, сейчас стало гораздо больше низкопробной литературы. В советское время тоже была по-своему низкопробная литература, которая писалась по заказу партийных органов - вот мы и получили бесконечно скучные повествования о героическом директоре колхоза, который перевыполняет план. Жуть и мрак. Что в кино, что в литературе. Хотя, тем не менее, по настоящему талантливые, как Шолохов с «Поднятой целиной»,  могут и колхозную тему повернуть так, что просто фантастика. Поэтому талантливые авторы в России славу богу были, есть и будут. Но именно из-за коммерциализации литературы огромное количество тех плевел, среди которых зерна найти очень сложно. Тем не менее, я считаю, что рассвет - это непрерывное состояние русской литературы.

А.Л.: Что для вас - фэнтези? Как вы понимаете этот жанр?

В.Ч.: На самом деле я к этому подхожу сугубо технически. Фэнтези - это литература, касающаяся миров, в которых помимо привычных нам физических законов существуют некие новые законы этой Вселенной, которые позволяют усилием воли или с помощью каких-то предметов совершать некие действия, под наши физические законы не попадающие. Все остальное - это уже фантазия писателя. Очень часто трудно отличить научную фантастику от фэнтези. У того же Перумова есть «Запрещенное волшебство», в котором очень четко соприкасаются магия и техногенная цивилизация. На Западе очень распространенный пример - киберпанк, где эльфы с ноутбуками и тролли-хакеры. Поэтому часто разделять фантастику и фэнтези очень сложно.

А.Л.: У вашего романа очень необычная предыстория...


В.Ч.:
Да, я её часто рассказываю. Я проводил экзамен, и мне было смертельно скучно. Это был четырехчасовой экзамен, по американской системе. Были розданы материалы моим ученикам, и мне оставалось только сидеть и на них любоваться. Я нарисовал карту, и по ней начал придумывать рассказы, часть из которых и составила первую книгу. Вот за эти четыре часа, собственно говоря, была нарисована карта и придуманы сюжеты всех тех повестей и рассказов, которые вошли в «Витражи» и ещё несколько тех, которые войдут в продолжение.

А.Л.:  Каких персонажей фэнтези - людей, гномов, эльфов - вы больше всего любите?

В.Ч.: У меня есть любимые персоналии, а не расы. То есть отдельные люди. Есть несколько персонажей, которых я люблю.

А.Л.: А не расскажите, кто это?

В.Ч.: Вот так вот все возьми и скажи... Мне очень интересен Академик Волшебства . Поэтому часть вещей в книге сделаны в виде его мемуаров. И это будет продолжаться - в каждой книге будет несколько фрагментов мемуаров. Мне очень нравится Крап. Это второстепенный герой в одной из повестей. В той же повести есть Кадик, к которому я очень нежно отношусь. Далеко не всегда персонаж должен быть главным, чтобы его любить. Иногда любишь маленького, второстепенного персонажа, которой прошел на двух страницах, но он замечательный. Любишь тех, которые получаются, которые живые. Кстати, вне зависимости от того, положительный он или отрицательный.

А.Л.: Есть ли в вашей книге герой, который говорит ваши мысли? Может быть, Академик Университета Волшебства, который и рассказывает эти истории?

В.Ч.: Академик Волшебства - совершенно второстепенный персонаж. И он гораздо умнее меня, гораздо талантливее и усидчивее. Да и вообще, владеет волшебством, а я нет.

А.Л.: Виталий, а у вас в романе силы делятся на добрые и злые? Мне вот ни один герой, кроме темного эльфа, не показался однозначно плохим? У меня сложилось верное впечатление?

В.Ч.: Абсолютно нет. Темный эльф на самом деле по-своему хороший. Будет продолжение его истории дальше, я объясню, за что он боролся и что на самом деле это очень мужественный и самоотверженный персонаж, который взял на себя ношу зла. Я не считаю его отрицательным героем и тоже его очень люблю. В жизни, к сожалению, бывают, наверное, законченные негодяи, но значит в них уже умерло все доброе. Все равно изначально все рождаются хорошими. Любому ребёнку скажи: «Ты плохой», - и он начинает плакать. Не хочет быть плохим, пока он маленький. А потом его так воспитывают взрослые, что эта исходная доброта куда-то девается.

А.Л.: Мне кажется, в фэнтези важна идея нравственности. Толкиен, например, что капля воды может источить скалу, а маленький хоббит победить великого злодея, у Перумова - идея равновесия, у Урсулы ле Гуин - долг и честь. Ваши рассказы действительно не только истории, но и во многом философские притчи. Расскажите, пожалуйста, о вашей основной нравственной идее в «Витражах»?

В.Ч.:  Я обратил внимание, что в жизни так легко выбрать между хорошим и плохим. И в литературе всегда идет такой выбор. Но в реальной жизни нам приходится выбирать между плохим и очень плохим. И вот этот выбор более тяжелый. Особенно для хорошего человека. Везде в основном лежит идея выбора. Принцип меньшего зла, наверное. Вот то самое знаменитое, стоит ли спать мир ценой слезинки одного ребёнка. Это действительно вопрос, на который легко ответить нет и встать в позу, но на который реальный ответ - более чем да. Эта разница между духовным стремлением и прозой жизни. И она многих делает подлецами настолько, что люди оправдывают себя: « Я украл те деньги, но они же мне нужны. Я убил, потому что он мне мешал. Я правильно поступил». А с другой стороны, иногда и хороший человек вынужден убить. На той же войне сколько хороших людей убивают других, может быть тоже хороших. Потому что руководят государством мерзавцы. И как им дальше жить, должны ли они убивать или должны стать предателями? Это все открытые вопросы. И важнее не победа добра над злом, а тот вопрос, как добру, побеждая зло, умудрится остаться таковым.

А.Л.: А как вы думаете, почему идеи нравственности вообще так важны в фэнтези?

В.Ч.: Потому что во всей литературе важна идея нравственности, иначе неинтересно. Иначе для чего это вообще писать. Есть такие книги, где только машутся мечами. Но это тогда только для денег или для популярности. На самом деле вообще все, что мы делаем в творческих специальностях - это всегда постановка зрителей, читателей и слушателей перед нравственном выбором. Я говорил сто раз и ещё раз скажу: «Для меня лично, в виду того, что я педагог, литература - это продолжение педагогики, только другими средствами». И кино - тоже педагогика. И фэнтези в особенности, потому что все-таки его аудитория как правило - подростки и молодежь. И в любых поступках и любых действиях, когда меч кого-то поражает, по другую сторону меча кто-то держит рукоятку, он почему-то это делает, он почему-то убивает. И мне интересно именно это, а не то, каким финтом он вонзил в грудь мерзкого негодяя этот меч и как далеко хлынула кровища.

А.Л.: Почему фэнтези вообще завоевало такую популярность? И среди молодежи и среди взрослых людей?  

В.Ч.: Это очень серьёзный вопрос. Здесь есть несколько причин. Дело в том, что мы живем с опозданием. На Западе пик фэнтези был намного раньше. И если бы не Терри Пратчетт, который в 1984 году возродил буквально из пепла фэнтези с помощью плоского мира, то этот жанр пребывал бы уже в упадке на Западе. У нас, поскольку в советские времена фэнтези не котировалось, считалось, что незачем людям забивать голову этой ерундой, мы его открыли для себя в 90-е, и вот мы в нем купаемся. Хотя сейчас уже притупляется, уже насытились. На самом деле причин популярности фэнтези несколько. Во-первых, до чего было здорово в детстве, когда мы верили в  Новый год, в волшебные сказки... Жизнь была разноцветной, волшебной, мы по этой жизни скучаем. Мы не дочитали сказок, мы хотим ещё. Но читать «Принцессу на горошине» уже как-то неинтересно. Сказки для взрослых - вот что такое фэнтези. Это одна сторона. Фэнтези помогает нам вернуться в то детское ощущение чуда, волшебства. И второе - мы очень привыкли в советское время чувствовать себя защищенными. Мы получали гроши, зато эти гроши были гарантированны, гарантировано жилье, правда, большинству почему-то коммуналки, маленькая зарплата, тихенькая серенькая жизнь. Или не серенькая, потому что тогда деньги для нас не играли никакой роли. Я учился в институте - и до сих пор не знаю, у кого из моих сокурсников родители были побогаче, у кого победнее, мы все были приблизительно одинаковые. У нас была социальная защищенность. Мы, конечно, были в этом смысле социально инфантильны. Мы не дрались за жизнь всеми когтями. Мы знали, что все будет, и что у нас будет работа. Сейчас все по-другому. И для поколения, выросшего в той системе координат, очень тяжело. Этот мир просто невыносим. Мир, в котором все время нужно делать выбор, в котором нет никакого постоянства. Нет гарантии, что твоя работа будет завтра или послезавтра. Скорее всего, её не будет, рано или поздно. И в этом мире тяжело. И человеку нужно куда-то идти. И фэнтези - это отличный способ ухода. Научная фантастика хуже - это опять такой же технический мир. А фэнтези - это прекрасный способ уйти от действительности. И отдохнуть там, вне действительности.

Аня Лаврова


« Назад

Хиты

В России начались испытания аппарата «Луна-25»
В России начались испытания аппарата «Луна-25»
Российские специалисты начали испытания аппарата «Луна-25» («Луна-Глоб»), который в 2019 году должен приступить к изучению спутника Земли. Об этом в ходе выставки Paris Air Show-2015 в Ле-Бурже РИА Новости сообщил представитель «Объединения имени Лавочкина», представившего там макет аппарата. 
Первый в истории частный спутник на солнечном парусе вышел на орбиту
Первый в истории частный спутник на солнечном парусе вышел на орбиту
Разработан и построен он был на деньги некоммерческого Планетарного общества США, объединяющего энтузиастов исследования дальнего космоса. 
Роскосмос отложил оглашение результатов расследования аварии «Прогресса»
Роскосмос отложил оглашение результатов расследования аварии «Прогресса»
Роскосмос продлил на неопределенный срок работу комиссии по расследованию причин произошедшей 28 апреля 2015 года аварии транспортного грузового корабля (ТГК) «Прогресс М-27М».