/
КонтактыО проекте Блог
Galaktika

Вход | Регистрация


Запомнить меня
Забыли пароль?

 

  ПОИСК


 
 

 

«Я немедленно двинул дело…»

Вернадский - организатор науки

из статьи Неизвестные страницы биографии В.И. Вернадского

В.Б.Сапунов

В 1895 г. Немецкий физик В. Рентген (1845 - 1923) открыл лучи, названные его именем (Нобелевская премия 1901 г.). В 1898 г. Пьер Кюри (1859 - 1906) вместе с женой пани М. Склдовской (а параллельно с ними - А. Беккерель) открыли радиоактивные элементы полоний и радий (все ученые получили Нобелевскую премию в 1903 г). Так началась атомная эра. До практического применения энергии атома в военных и мирных целях оставались еще десятилетия, хотя технические возможности использования радиоактивных элементов существовали еще в начале ХХ в.

Считается, что использованию силы атома предшествовали открытия спонтанного деления тяжелых ядер (Г.Н. Флеров и К.А. Петржак, 1940 год) и создание теории цепных реакций (Н.Н. Семенов, 1934, Нобелевская премия 1956 г.). Заслуги этих ученых бесспорны. Однако, в 30-е - 40-е годы наверстывали упущенное и продолжали работы начала века.

Одним из первых, кто в полной мере осознал силу, скрытую в атомном ядре, был не физик, а геолог В.И. Вернадский. К 9-му году, когда после открытия радиоактивности миновало более десятилетия, он дошел до понимания того, каким способом можно извлечь из ядра скрытую там энергию. За границей в то время открытие супругов Кюри оценивали иначе. Был распространен абсурдных слух о том, что радиация излечивает раковые заболевания (хотя на самом деле она их вызывает). В ограниченном масштабе добыча урана и радия была начата для прикладных и научных целей в Чехии на руднике Иоахимсталь. 100 миллиграмм чистого радия на мировом рынке тогда оценивали в 60 000 полновесных конвертируемых русских рублей. В дальнейшем Чехословакия оставалась ведущим в мире поставщиком радиоактивных руд.

Перед Октябрьской революцией ведущими спонсорами прикладной науки в России были миллионеры Рябушинские. Они поддерживали тесные контакты с императорской Академией Наук, умели улавливать самые перспективные направления и их поддерживать. Дойдя до идеи цепной реакции и ядерного синтеза, Вернадский не смог получить серьезной государственной поддержки. Двор Николая Второго в условиях приближающейся войны почти не принимал мер для спасения России. Тогда Вернадский вышел на Рябушинских, которые радели о судьбе России, не забывая, впрочем, и собственных коммерческих интересов. Эти люди сочетали в себе качества предпринимателей, государственных деятелей, банкиров и ученых. Личный кабинет П.П. Рябушинского в Москве, на Пречистенском бульваре был местом проведения научных собраний. В 1913 г здесь прозвучал доклад В.И. Вернадского “О радии и его возможных месторождениях в России”, где ученый сформулировал мысль о том, что радиоактивные элементы содержат в себе огромную энергию, которую в обозримом будущем можно будет извлечь. Была предложена программа работ на ближайшие годы. Вернадский обосновал первый этап работ и составил калькуляцию с точной суммой затрат - 770 000 рублей. 14 тысяч он имел от Императорской Академии Наук. Рябушинский - сугубый прагматик - поверил перспективам, которые развернул перед ним Вернадский и выплатил требуемые 756 тысяч рублей. Атомная программа начала выполняться под руководством Вернадского и его заместителя - молодого физика-ядерщика М.И. Соболева, незадолго до этого прошедшего стажировку в Париже в лаборатории Кюри. Первые экспедиции (Сибирь, Памир) на поиски урана проходили открыто. Последующие (район Печеры), наконец, привлекли высочайшее внимание. Они организовывались с участием военного министерства и были засекречены. В результате уран был найден и Вернадский активно занялся радиохимией - наукой, занимающейся получением необходимой для цепной реакции степени чистоты элементов и изотопов. Трудно сказать, насколько четко понимал Главный штаб и военный министр В.А. Сухомлинов (впоследствии уличенный в работе на Германию) перспективы создания атомной бомбы. Бесспорно, идеи Вернадского обсуждались. В то время одним из руководителей ВПК был выдающийся молодой конструктор Игорь Сикорский. В своих воспоминаниях он отмечал, что главный штаб все время требовал создания аэроплана огромных размеров для “несения новой особо тяжелой и мощной бомбы” .

Можно ли было в начале века создать на основе идей Вернадского атомную бомбу и атомный реактор? Без внедрения новых технологий - нельзя. Однако, разработка этих технологий в короткое время была реальной. Россия находилась в состоянии стремительного прогресса. Вот некоторые цифры и факты из известной сводки историка Б.Л. Бразоля [2]. Все время с 1894 г. бюджет страны был бездефицитным, основывался на непрерывном накоплении золотого запаса. Русская промышленность увеличила производства в 4 раза. Вклады в акционерные коммерческие банки выросли в 13 раз. Стремительно росло благосостояние населения. На 43% увеличилась добыча золота, на 357 % - меди, на 224 % - железа. На 60% вырос торговый флот. Кредиты на народное образование возросли с 70 миллионов до 300 миллионов рублей в год. Число студентов вузов выросло в 2.5 раза. При таких темпах роста и увеличения числа образованных специалистов разработка новых технологий в кратчайшие сроки была возможной. Общепризнанно, что при сохранении темпов развития начала века Россия могла в 20-е годы стать первой державой мира, заняв то место, которое впоследствии заняла Америка. Добавим, что Россия могла стать ядерной державой.

Наступившая вскоре Октябрьская революция перевернула всю страну и надолго затормозила работы по ядерной физике. В.И. Вернадский с семьей уехал за границу. Сначала семья остановилась в Праге, близ которой сосредоточены крупнейшие запасы радиоактивных руд. В это время семья Вернадских стала центром кристаллизации коллектива ученых - русских эмигрантов в Праге. В соответствии с идеями Владимира Ивановича, его сын Георгий и историк - эмигрант П.Н. Савицкий начали разработку учения о цикличности мировой истории. Эти идеи без ссылок на эмигрантов подхватил советский ученый (впоследствии репрессированный) Н.Д. Кондратьев, который и ввел в мировую научную мысль окончательно отработанное учение о циклических процессах в экономике [6,7,9]. Затем Владимир Иванович переехал с семьей в Париж, где устроился на должность профессора Сорбонны. Он читал лекции по экологии и занимался экспериментальными исследованиями в радиевом отделе, возглавляемом М. Склдовской-Кюри. Не имея возможности решать прикладные задачи в области радиогеологии и ядерной физики, он отдался теоретическим разработкам в области изучения биосферы. В Париже он занялся фундаментальными проблемами естествознания. На некоторые мысли его натолкнули французские друзья - Евгений ле Руа и Тейяр де Шарден [20,21]. Первый предложил понятие “ноосфера” - сфера разума. Второй ввел его в систему научных знаний того времени.

В России основная масса ученых в 1918 - 1919 гг. оказалась либо физически уничтоженной, либо выкинутой за границу. Однако, погибло не все. Попытки спасти науку предпринимались президентом Академии Наук А.П. Карпинским (1846 - 1936) и некоторыми руководителями государства. Решением Петроградского управления Академии Наук возникло самостоятельное подразделение - Радиевая лаборатория, возглавить которую предложили еще находившемуся в эмиграции Вернадскому - старшему. Одновременно ему была предложена должность уполномоченного правительства по воссозданию фундаментальной и прикладной науки. Тщательно все обдумав, получив гарантии возможности работать и личной безопасности, он принял решение вернуться в Россию. Младший Вернадский поехал в другую в сторону - в Америку. В качестве одной из структурных основ для воссоздания фундаментальной и прикладной науки В. Вернадский выбрал созданную в 1915 году комиссию по изучению естественных производительных сил России. Комиссия была воссоздана вновь и внутри нее стала формироваться структура академических институтов и институтов системы ВПК.

На одной из первых публичных лекций он сказал пророческие слова: "Мы подходим к великому перевороту в жизни человечества, с которым не может сравниться все им пережитое. Недалеко то время, когда человек получит в свои руки атомную энергию... Дорос ли он до умения использовать ту силу, которую неизбежно даст ему наука? Ученые не должны закрывать глаза на возможные последствия научной работы, научного прогресса. Они должны себя чувствовать ответственными за последствия их открытий. Они должны связать свою работу с лучшей организацией человечества". Трудно поверить, чтобы это было сказано еще в 1922 г.

Возглавленная им радиевая лаборатория стала мощным центром кристаллизации науки. Группа физиков-теоретиков во главе с А.Ф. Иоффе выделилась в Физико-Технический институт. Сама лаборатория трансформировалась в Радиевый институт, возглавляемый Вернадским. Впоследствии, желая больше сосредоточиться на научных проблемах, он передал руководство радиохимику Г.В. Хлопину, сыну В.Г. Хлопина - основателя российской профилактической медицины. Сам же Вернадский занял посты, которые по теперешнему можно назвать Главный научный сотрудник и почетный директор.

В 1939 г. Вернадский имел очередную встречу с В.М. Молотовым и указал на необходимость развернуть в стране широкомасштабную добычу урана.

На вопрос, кто может возглавить поиски урана, Вернадский, не задумываясь назвал фамилию своего ученика и коллеги А.Е. Ферсмана. Особенно масштабно поиски начались с 1940 г. Когда сбылось пророчество Вернадского и уран понадобился - он уже был.

Одной из причин, которая позволила в кратчайший срок возродить русскую науку, почти разрушенную в ходе Октябрьской революции и Гражданской войны, были стержни в виде Радиевого института, отпочковавшихся от него Физико-технического и других институтов. На этом костяке стала возрождаться фундаментальная, прикладная наука и ВПК. В немалой степени стержни были сохранены благодаря Вернадскому.

В 30-е годы Н.Н. Семенов (1996 - 1986) активно создавал теорию цепных реакций (Нобелевская премия 1956 г.). Г.Н. Флеров и К.А. Петржак открыли спонтанное деление тяжелых ядер. Фактически эти открытия были предсказаны Вернадским в 1913 г и могли быть сделаны раньше.

В Радиевом институте, в основном, занимались не ядерной физикой, а вопросами более важными для текущего момента. Усилия были сосредоточены на радиохимии - способах получения чистых радиоактивных изотопов.

Огромную роль в становлении прикладной военной науки сыграл сын В.И. Вернадского - Георгий Владимирович. Будучи гуманитарием, работая в должности профессора русской истории, он, не вызывая подозрения, собирал по заданию отца все, появляющиеся в открытой прессе материале по ядерной физике и по ракетной техники.

 


 

 

 

 

 

 

«Я немедленно двинул дело…»
статья Д.Н.Трифонова
 
Ученых, которые были сведущи в различных областях знаний, в старину называли полигисторами. По словам М.В.Ломоносова, «они знали разные науки так довольно, что могли в них производить новые приращения». Его можно было бы считать первым отечественным полигистором. В девятнадцатом столетии это почетное звание унаследовал в России Д.И.Менделеев.
 
По мере того, как стремительно развивался научный прогресс, уходило в историю и время полигисторов. В двадцатом столетии даже самый одаренный исследователь уже не имел возможностей «производить новые приращения» в нескольких областях науки. Но в двадцатом веке можно назвать много имен выдающихся ученых, достижения которых имели фундаментальный характер.
К таким ученым относился Владимир Иванович Вернадский. Характеризуя деятельность Менделеева, один из его учеников писал, что он был «философом в естествознании и естествоиспытателем в философии». Эти слова всецело можно отнести и к Вернадскому.
Сначала он получил всемирное признание как один из создателей современной геохимии: «Геохимия изучает химические элементы, т. е. атомы земной коры, и насколько возможно – всей планеты. Она изучает их историю, их распределение, их движение в пространстве — времени, их генетические на нашей планете соотношения». Его наиболее выдающимся творческим достижением стало учение о биосфере — строго организованной оболочке земной коры, неразрывно связанной с жизнью. Вернадский считал, что, когда на Земле появилось разумное живое существо, планета перешла в новую стадию своей истории: настало время формирования новой сферы — ноосферы, «сферы разума».
На склоне лет ученый писал: «Я смотрю на все с точки зрения ноосферы и думаю, что в буре, грозе и страданиях родится новое прекрасное будущее человечества».
Вернадский одним из первых осознал важность практического использования энергии радиоактивных превращений. В Петербургской академии наук 29 декабря 1910 г. он сделал доклад «Задачи дня в области радия»: «Теперь перед нами открываются в явлениях радиоактивности источники атомной энергии, в миллионы раз превышающие те источники сил, которые рисовались человеческому воображению… В вопросе о радии ни одно государство и общество не может относиться безразлично, как, каким путем, кем и когда будут использованы находящиеся в его ведении источники лучистой энергии». Эти слова оказались поистине провидческими.
Россия собственным радием практически не располагала. Вернадский стал инициатором поисков месторождений отечественных радиоактивных руд. Во многом благодаря ему возникло в России «радиевое дело». В конце 1921 г. были получены первые образцы русского радия. В январе следующего года Вернадский возглавил Радиевый институт, которым руководил до 1939 г., когда директором был назначен В.Г.Хлопин.
В «истории атомов» это был действительно знаменательный год. «Блистательный» радий уступал свой «пьедестал» урану, физические и химические свойства которого были известны весьма поверхностно даже в 1930-х гг. Во многих лабораториях мира изучали явление, открытое немецкими учеными О.Ганом и Ф.Штрассманном: деление ядер урана под действием медленных нейтронов. Ядра распадались на два осколка – элементы середины таблицы Менделеева. Процессы деления сопровождались испусканием нейтронов.
 
Вскоре выяснилось, что при каждом акте деления вылетает более одного нейтрона. Они могли положить начало аналогичным ядерным процессам. Ядерная реакция приобретала цепной характер; это должно было сопровождаться выделением огромного количества энергии.
Требовалось разработать практический механизм высвобождения атомной энергии. Она могла служить мирным целям, но могла и стать основой невиданного по разрушительной силе оружия. А ведь как раз в сентябре 1939 г. разразилась вторая мировая война.
Свое отношение к открытию деления Вернадский выразил в письмах к другу – геологу Б.Л.Личкову (июнь 1939 г.): «Сейчас огромный взрыв в области радиоактивности благодаря особому распадению ядер урана и тория. Увеличивается чрезвычайно радиоактивная энергия в земной коре, и значение ее увеличивается», – отмечалось в первом. «Мы, кажется, в первый раз не отстали. Во всяком случае эти новые явления — разлом атомов урана — одновременно открыты и в Радиевом институте», – говорилось во втором. Словом, ученый был в курсе дела, хотя свои соображения скупо излагал в письмах и дневниковых записях.
В начале июня 1940 г. Вернадский получил письмо от сына Георгия – тот уже давно жил и работал в США. В конверт была вложена статья из «Нью-Йорк таймс» от 5 мая. Она называлась «Громадный источник мощи, открытый наукой в энергии атома». В ней обсуждались возможности практического овладения атомной энергией. В дневнике Вернадский записал 5 июня: «Никогда не думал, что доживу до реальной постановки вопроса об использовании внутриатомной энергии». Ученого, однако, взволновало то, что «это было первое известие, которое дошло до меня и до Москвы вообще».
Конечно, он знал, что в нескольких институтах страны ведутся работы, связанные с проблемой деления урана. При чтении статьи у Вернадского едва ли могла даже мелькнуть мысль об атомном оружии. Воображение рисовало ему широчайшие перспективы мирного использования энергии атома. Его удручало, что отечественные работы пока имеют чисто исследовательский характер — без поиска конкретных путей к овладению энергией атома. Поэтому, считал он, надо принимать меры.
И ученый вскоре сообщает сыну: «Я немедленно двинул дело...» В Академии наук была образована специальная группа в составе В.И.Вернадского, А.Е.Ферсмана и В.Г.Хлопина с поручением «наметить мероприятия по форсированию работ в СССР по использованию внутриатомной энергии…».
 
Согласно архивным документам, 16 июля 1940 г. состоялось заседание Президиума Академии наук СССР. На следующий день Вернадский отмечает в дневнике: «Вчера прошел вопрос об уране. Сделал доклад, не очень удачный, но результат достигнут. Огромное большинство не понимают исторического значения момента. Любопытно, ошибаюсь ли я или нет? Надо записку в правительство… Организовать урановую комиссию при президиуме. Ввести в нее физиков и химиков».
Заместителю председателя Совнаркома Н.А.Булганину направляется письмо, подписанное Вернадским, Хлопиным и Ферсманом. В нем, в частности, говорилось: «Нетрудно видеть, что если вопрос о техническом использовании внутриатомной энергии будет решен в положительном смысле, то это в корне должно изменить всю прикладную энергетику… В США и Германии лихорадочно ведутся работы, стремящиеся разрешить этот вопрос, и на эти работы ассигнуются крупные средства… Мы полагаем, что уже сейчас назрело время, чтобы правительство… приняло ряд мер, которые обеспечили бы Советскому Союзу не отстать в разрешении этого вопроса от зарубежных стран». Достоверно не известно, дошло ли это послание до Булганина и последовала ли с его стороны какая-либо реакция.
Однако правительство приняло к сведению положение вещей, ибо уже 30 июля 1940 г. Президиум АН СССР решил создать специальную Комиссию по проблеме урана. Очевидно, подобное решение не могло последовать без санкции высоких инстанций. Был выбран состав «урановой комиссии». Ее возглавил Хлопин (Вернадский отказался от председательства по состоянию здоровья и остался в качестве заместителя). Среди членов комиссии оказались И.В.Курчатов и Ю.Б.Харитон, которым впоследствии предстояло сыграть решающую роль в создании отечественной атомной бомбы. На следующих заседаниях комиссии (они состоялись 28 сентября и 30 ноября) Вернадский по болезни присутствовать не мог, однако имел полную информацию о ее деятельности. А обсуждалась развернутая программа исследований. Достаточно перечислить основные направления: 1) выяснение механизма деления урана и тория; 2) оценка возможности цепной реакции в природной смеси изотопов урана; 3) разработка методов разделения изотопов урана;
4) получение и изучение летучих соединений металлического урана; 5) разведка новых месторождений урановых руд в СССР.
Между тем уран, о существовании которого знали в общем-то немногие, начинал приобретать достаточно широкую известность. Вряд ли можно сомневаться, что определенную роль в этом отношении сыграло существование «урановой комиссии». Так, в газете «Известия» от 31 декабря 1940 г. появилась обширная статья под весьма конкретным названием – «Уран-235». В ней, в частности, говорилось: «Молодая советская физика… будет изучать урановую проблему как одну из основных в будущем году. Уже сделаны интереснейшие исследования в этой области… Наиболее известны работы ученых Флёрова и Петржака. Заканчивается постройка первой атомной пушки – циклотрона – под руководством И.Курчатова и братьев Алихановых… Выделить уран-235 из урана — вот цель… Человек сможет получать любые количества энергии и направлять ее на любые цели».
В новогоднем номере «Правды» появился дружеский шарж художников Кукрыниксов, изображавший наряженную елку. Среди «приглашенных» на нее знатных людей страны «колдовали над атомным ядром» Г.Флёров и К.Петржак: в мае 1940 г. они открыли новый вид естественной радиоактивности — спонтанное деление ядер. На той же странице газеты опубликовал стихотворение популярный в те времена поэт С.Кирсанов. В нем, например, содержались следующие строки:
«Мы в сорок первом свежие пласты
земных богатств лопатами затронем,
и, может, станет топливом простым
уран, расторможенный циклотроном».
Все это свидетельствовало, что проблема получения атомной энергии прочно утверждалась в сфере государственных интересов…
Начавшаяся Великая Отечественная война прекратила работу комиссии. В 1941 г. ей предстояло решить немало важных вопросов – как теоретических, так и экспериментальных. И они были бы раньше или позже решены, поскольку научный потенциал отечественных ученых отнюдь не уступал потенциалу зарубежных, большинство из которых в начале 1940-х гг. работали в США. Речь шла главным образом о физиках и химиках.
Альберт Эйнштейн был первым, кто привлек внимание президента США Франклина Рузвельта к проблеме урана. В своих посланиях, написанных в августе 1939 г., ученый выражал особое опасение, что цепная реакция деления может лечь в основу разрушительного атомного оружия. Оно было бы особенно страшным в руках фашистских агрессоров.
По решению Рузвельта был организован специальный Урановый комитет, но фактически больше года он не проявлял никакой активности.
Вернадский, обращаясь в правительственные инстанции, имел в виду, конечно, мирное использование энергии атома. Но ведь он действительно оказался первым из отечественных ученых, кто подвигнул власти предержащие к размышлениям…
Находясь в эвакуации, он сокрушался, что «урановая комиссия» прекратила свою работу. Но он не мог знать, что Государственный комитет обороны 31 мая 1943 г. принял постановление о создании атомной отрасли промышленности СССР.
Вернадский скончался 6 января 1945 г. Ему, к счастью, не пришлось стать свидетелем апокалипсиса Хиросимы и Нагасаки. А 29 августа 1949 г. был успешно произведен взрыв первой советской атомной бомбы…


« Назад

Хиты

В России начались испытания аппарата «Луна-25»
В России начались испытания аппарата «Луна-25»
Российские специалисты начали испытания аппарата «Луна-25» («Луна-Глоб»), который в 2019 году должен приступить к изучению спутника Земли. Об этом в ходе выставки Paris Air Show-2015 в Ле-Бурже РИА Новости сообщил представитель «Объединения имени Лавочкина», представившего там макет аппарата. 
Первый в истории частный спутник на солнечном парусе вышел на орбиту
Первый в истории частный спутник на солнечном парусе вышел на орбиту
Разработан и построен он был на деньги некоммерческого Планетарного общества США, объединяющего энтузиастов исследования дальнего космоса. 
Роскосмос отложил оглашение результатов расследования аварии «Прогресса»
Роскосмос отложил оглашение результатов расследования аварии «Прогресса»
Роскосмос продлил на неопределенный срок работу комиссии по расследованию причин произошедшей 28 апреля 2015 года аварии транспортного грузового корабля (ТГК) «Прогресс М-27М».